В прекрасном зелёном и солнечном мире, среди лесов и лугов, жил маленький Жаворонок. Он появился на свет совсем недавно, был совершенно счастлив и думал, что все на свете счастливы так же, как он. Каждое утро он взлетал высоко в небо, так что совсем почти не был виден с земли. Но зато все слышали его звонкую песню – приветствие Солнцу и Жизни:
– Да здравствует Небо – глубокой, синее, его алые зори и белые облака! Да здравствует Земля – добрая, тёплая, её реки и горы, леса и луга! Да здравствуют все, кто живут на Земле! Да здравствует Солнце, которое светит для всех!
Он пел, и те, кто слышал его, радовались. Только старый мудрый Ворон грустно качал головой. Однажды Жаворонок спросил его:
– Дядюшка Ворон, почему ты печален? Разве тебе не нравится моя песня?
– Очень нравится, малыш. Но… Увы, не все живущие счастливы. Не для всех светит Солнце. Потому что на свете существует Зло.
– Зло? – удивился Жаворонок. – Но где ж оно? Я не вижу его! Я не верю!
– Если хочешь, я покажу тебе Зло, самый его источник. Если ты готов полететь со мной. Но это будет трудное путешествие.
– Пусть трудное – я готов. Летим!
И на другое утро, едва первые лучи Солнца осветили землю, двое отправились в путь. Сначала летели над зелёным лесом. Над еловыми чащами, над солнечными дубравами, над светлыми полянами и прозрачным березовыми рощами. Потом под их крыльями проплывали бескрайние луга и фруктовые сады – яблони, груши и вишни в белом цвету, пышные кусты сирени, клумбы с замечательными цветами – тюльпанами, нарциссами, гиацинтами. Потом опять начался лес, но он был уже не весёлый, а какой-то сумрачный, а за лесом началось что-то непонятное: зелёно-бурая земля, поросшие мхом кочки, чахлые, словно больные, деревья, лужицы ржавой воды, кое-где – ярко-зелёные полянки, поросшие низкой травой.
– Что это? – спросил маленький Жаворонок.
– Болото, – ответил Ворон. – Здесь живут только жабы и змеи, вольные звери и птицы, попав сюда, погибают.
– Но вот там, видишь – такая приветливая зелёная полянка! Давай спустимся, отдохнём на ней!
– Нет – там, как раз, самое опасное место: трясина, топь. Увязнешь – не вырвешься. Летим дальше.
Потом опять был лес, а за ним – большое пространство совсем чёрной земли. Кое-где чёрные деревья тянули к небу страшные чёрные ветки без единого листика. Ветер, налетая порывами, взвихривал чёрную пыль…
– Что это? – вновь спросил маленький Жаворонок.
– Пепелище, — ответил Ворон. – Здесь бушевал лесной пожар. Всё живое сгорело. От страшного жара почва спеклась и стала как камень. Не скоро из этой прожжённой земли вновь поднимется зелёный росток… Летим дальше.
Ещё несколько часов полёта – и вот уже не чёрная, а жёлтая под крыльями распростёрлась земля. Песок пышет жаром. Ветер колышет его, передвигает волны-барханы. И опять маленький Жаворонок спросил:
– Что это?
– Пустыня, – пояснил Ворон. – мало кто из птиц и зверей приспособился к жизни среди песков. Непривычные к жаре и безводью, попав сюда, погибают. Летим дальше.
Летят, и думает Жаворонок: «Как, оказывается, мал мой прекрасный зелёный мир! Как много такого, чужого, страшного, где жизнь так сурова и мучительна, если она вообще может существовать. Неужели нельзя исправить эту беду?»
Задал этот вопрос своему спутнику, тот ответил со вздохом:
– Очень трудно. Тот, кому по плечу такая задача, нескоро сможет за это дело взяться. А может быть, и вообще никогда…
Наконец вдали показались горы: сверкающие на солнце заснеженные вершины, тёмно-серые и чёрные безлесные склоны. Жаворонок понял, что именно туда Ворон держит путь. Вскоре они услышали доносящийся со стороны горной цепи грохот – звуки тяжелых ударов.
– Что это? – спросил маленький Жаворонок.
– Сейчас увидишь…
Подлетели к тёмному провалу ущелья – именно из него доносились грохочущие звуки. Сели на край скалы, заглянули вниз – и Жаворонок увидел огромное страшное существо. Великан, сам ростом чуть не со скалу, с гривой спутанных грязных волос, одетый в набедренную повязку из звериной шкуры, громадным тяжёлым молотом дробил гору, и камни падали к его ногам, а мелкие камешки разлетались в разные стороны, некоторые попадали и в тело самого гиганта, нанося ему раны, из которых струилась кровь. Она смешивалась с потом, грязными струйками текла по покрытой пылью коже и застывала коростой из бурой грязи. На руках и ногах великана звенели цепи – на вид слишком тонкие для такого огромного существа, но он, похоже, и не думал пытаться порвать их. Иногда от ударов молота на землю падали не только куски гранита, но и сверкающие драгоценные камни и золотые самородки.
- Он и есть – зло? – спросил Ворона испуганный Жаворонок.
- О нет! Великан так же добр, как и могуч, именно он мог бы превратить все пустыни Земли, все болота и пепелища в цветущий сад, если бы он был зряч… И свободен. Но он – несчастный раб подземных карликов, обречённый дробить скалы, добывая золото и драгоценные камни для своих хозяев.
- А его хозяева – кто они?
- Самые злые существа на Земле. Они собирают несметные сокровища, и все преступления, совершающиеся в мире, все несправедливости и жестокости, все злодейства – от единичных убийств до кровопролитных войн – совершаются ради их золота. Того золота, которое добывает для них Слепой Великан.
- А где они, эти подземные карлики?
- Там внизу, под горой, есть, как я слышал, огромная пещера. Там они прячутся от дневного света, там хранят и пересчитывают свои сокровища. Они ненавидят Солнце и лишь по ночам выходят на поверхность земли, чтобы собрать добытые Великаном за день драгоценности. Хотя иногда случается – когда из-под молота упадёт особенно крупный алмаз или золотой самородок, то кто-то самый нетерпеливый из карликов может… – Ворон запнулся и прибавил тихо: – вот как раз сейчас… Посмотри туда – видишь чёрную дыру в скале? Это вход в их подземную пещеру. Посмотри внимательно – водишь?
Жаворонок посмотрел – в тёмной глубине пещеры что-то как будто шевельнулось. После предыдущего удара великанского молота один ярко сверкавший кристалл откатился в сторону, и тут же маленькая чёрная тень метнулась к нему, схватила, юркнула обратно в пещеру.
- Это что же – и есть один из хозяев Великана? – удивился Жаворонок. – Но он слаб и ничтожен. Великан мог бы раздавить его и одним пальцем, так же как одним движение мог бы порвать свою цепь!
- Да, но он об этом не знает, – грустно ответил Ворон.
- А если ему об этом сказать? – спросил Жаворонок.
- Он не поверит. Он слеп не только телесными очами, но и душой. Когда-то, очень давно, карлики прикинулись его друзьями и опоили его «Напитком веселья». Это страшное питьё действительно веселит, но выпивший его радуется недолго. За весельем последует глубокий сон, а проснувшись, несчастный оказывается лишённым не только зрения, но и памяти, и единственное чувство, которое будет теперь им владеть – это страх. Страх не угодить своим господам.
- Как же ему помочь? – спросил Жаворонок.
- Никак, – вздохнул Ворон. – Чтобы ему помочь, нужно совершить подвиг, который ни тебе и ни мне… да и никому теперь не под силу. Ладно. Ты хотел увидеть зло, ты его увидел – теперь летим обратно, здесь нам больше нечего делать.
Они вернулись в свой прекрасный Зелёный мир, но теперь он уже не казался Жаворонку таким прекрасным, как прежде. Мир-то не изменился, но изменился сам Жаворонок – он уже не был таким солнечно-беззаботным: куда бы ни посмотрел он, чем бы ни занимался – мысли его всё время возвращались к несчастному Слепому Великану. В первую ночь после возвращения он так и не смог уснуть. Утром взлетел, как всегда, высоко в небо, хотел спеть свой гимн Солнцу и Жизни – но вспомнил о Великане, и звуки застряли у него в горле. Сделал ещё одну попытку, и с таким же неуспехом. И так повторилось ещё много, много раз – Жаворонок пытался петь… и не мог. А другие птицы занимались обычными делами: пели, вили гнёзда, высиживали птенцов. «Наверное, они не знают того, что теперь знаю я», – подумал Жаворонок. И решил проверить свою догадку.
- Братцы Голуби, вы такие добрые и нежные – знаете ли вы о Слепом Великане? – спросил он пару нежно воркующих голубей.
- Знаем, малыш, – ответили Голуби.
- И вы можете беззаботно и радостно ворковать, когда он так страдает?
- У нас достаточно своих дел. Зачем думать о неприятном и портить себе настроение? – возразили голуби.
Жаворонок дождался вечера и полетел к Соловью, спросил его.
– О, мой прекрасный маэстро, знаешь ли ты о Слепом Великане?
– Знаю, малыш, – отвечал Соловей.
- Как же ты можешь петь свои дивные арии и серенады, зная, что он так страдает?
– Эта тема слишком примитивна и низменна для Искусства, а Искусство превыше всего. Искусство для искусства – вот мой девиз, – ответил Соловей и огласил лес изумительной красоты трелью.
А Жаворонок вздохнул и полетел к древней Сове – она как раз проснулась после дневного отдыха и вылезла на край своего дома-дупла, собираясь на охоту.
- Тётушка Сова, ты – самая мудрая. Знаешь ли ты о Слепом Великане?
- Знаю, малыш, – спокойно ответила старая птица. – Этому бедняге очень не повезло.
- Ты так равнодушно говоришь о его страшной участи – разве сердце у тебя не болит?
- Каждому – своё. Такова, знать, его судьба. А кто всех несчастных жалеть станет – тот сам не проживёт долго.
Многим птицам ещё задавал Жаворонок этот вопрос, и, как оказалось, все они знали о Слепом Великане, но это знание не жгло им сердце, они даже не задумывались о том, как помочь ему. А Жаворонок не мог успокоиться. Он пытался заставить себя думать о другом, пытался петь – но каждый раз, взлетев в небо и пытаясь начать свой солнечный гимн, вспоминал о несчастном Слепом Великане и не мог издать ни единого звука. Наконец, совсем измучившись, он прилетел к своему другу – мудрому Ворону.
- Дядюшка Ворон, помнится, ты говорил, что есть средство, которое может вернуть Слепому Великану зрение и свободу. Только его трудно добыть.
- Не просто трудно – для обычных птиц практически невозможно.
- Расскажи, что надо для этого сделать?
- К чему? Такой подвиг тебе не по силам.
- Расскажи. С тех пор, как узнал о нём, я не могу петь, а без песен – не могу жить.
- Ну, что ж… – вздохнул Ворон. – Скажу. Да, есть способ вернуть Великану зрение и память, а значит – свободу. Есть такое лекарство – Солнечное Зёрнышко. Оно излечивает все недуги и даёт бессмертие. Но чтобы его получить, надо взлететь очень высоко в небо…
- Я высоко летаю, – быстро сказал Жаворонок.
Ворон усмехнулся:
- Нет – выше, гораздо выше! Иначе Солнце не услышит тебя. На такой высоте царит страшный холод. Воздух там так разрежен, что его не хватает лёгким, и он не даёт достаточной опоры крыльям.
- Я попытаюсь, – сказал Жаворонок.
- И думать не смей! Ты только погибнешь напрасно. Даже сам могучий Орёл не смог взлететь так высоко. Это удалось только Фениксу. Он получил Солнечное Зёрнышко и потому живёт вечно. Но второй раз уже не получит – это закон.
Жаворонок не стал больше спорить. Но на другое утро он проснулся очень рано – едва рассвело, спросил самого себя: «Готов ли я на риск и на подвиг?» – ответил: «Готов!» – и отправился в опасный полёт. Сначала поднялся на привычную для себя высоту – на которой он обычно пел свои песни. Оглянулся на свой прекрасный зелёный мир, собрался с духом и стал подниматься выше. А между тем птицы в зелёном мире узнали о том, на какое дело он решился, и стали его обсуждать.
- Какая глупость! – сказала Сорока. – Разумеется, он не долетит. Вернётся ни с чем.
- Если вообще вернётся, – сказал Орёл. – Если даже мне это дело не удалось – я едва жив остался! То уж он-то погибнет наверняка.
- Это ужасно, – сказали Куропатки. – Какой пример для наших детей! Жаворонка надо осудить и, если вернётся, изгнать из нашего леса, чтобы не возмущал спокойствия.
- Да не за Солнечным Зёрнышком он полетел, а за славой, – сказал Ястреб. – Вот весь лес теперь только о нём и говорит – какой он смелый, бескорыстный и благородный! А он наверняка блефует – обманывает всех. Вот увидите – вернётся с полпути. Солнечного Зёрнышка ему уж точно не достать.
- А если даже достанет, то никакому Великану его не отдаст, сам проглотит, – сказал Феникс. – Бессмертие – слишком большой соблазн.
Они говорили – а Лес слушал. От ядовитой гадюки про попытку Жаворонка узнали Летучие Мыши – союзники Подземных Карликов: они тоже жили в пещерах, сообщающихся между собой, и ультразвуковыми сигналами доносили карликам обо всём, что творится в Зелёном Лесу. Донесли и о том, что задумал маленький Жаворонок. По указанию карликов их слуги, большие пауки, соткали прочную, но тонкую, почти прозрачную сеть-паутину и натянули её над ущельем, где дробил камни своим молотом Слепой Великан.
А маленький Жаворонок летел к Солнцу. Он поднялся очень высоко – здесь, как и сказал Ворон, было ужасно холодно, воздух стал разреженным, и лёгким не хватало кислорода. Приходилось часто-часто дышать и часто-часто взмахивать крылышками, а силы были уже на исходе. «Неужели не долечу? – думал он. – Ещё немного, и, кажется, сердце не выдержит, разорвётся. Повернуть назад? Ну, нет! Лучше ледяным комочком упаду на землю, чем вернусь и стану как все те, кто живёт и поёт, не думая о чужих страданиях!» Холод сковывал движения, ледяной рукой всё ближе подбирался к сердцу. Жаворонок задыхался. Казалось, ещё несколько минут – и конец… Но в то мгновение, когда у него уже потемнело в глазах и крылышки беспомощно повисли, тёплые руки солнечных лучей подхватили его.
– Как высоко взлетел ты, малыш! – сказало Солнце. – Ещё ни одна птица не поднималась на такую высоту.
– Я летел к тебе, о Солнце! – ответил Жаворонок. – Я хотел попросить у тебя твоё зёрнышко, которое излечивает все недуги и даёт бессмертие.
– Ты так юн – и уже беспокоишься о бессмертии? – удивилось Солнце.
– Нет, Солнечное Зёрнышко мне нужно не для себя. Я хочу отнести его Слепому Великану, чтобы он прозрел, исцелился, порвал свои цепи и, обретя свободу, превратил все пустыни Земли, все болота и пепелища в цветущий сад!
– Видело я Слепого Великана, знаю о его беде, – сказало Солнце. – Ты смел и бескорыстен, малыш, ты задумал благородное дело. Вот, возьми!
И Солнце протянуло Жаворонку на другом луче невероятно ярко сверкавшую искорку
– Возьми, лети, но будь осторожен – в Ущелье тебя ждёт западня!
Последних слов Жаворонок не расслышал: схватив клювом Зёрнышко, он стремглав ринулся вниз. Спуск оказался не легче подъёма: зёрнышко было хоть и маленьким, но тяжёлым и горячим, Жаворонок едва удерживал его в клюве и едва сам удерживался в воздухе – так сильно оно тянуло его вниз. Но вот воздух стал теплее и плотнее, вот внизу стали видны знакомые очертания горного ущелья, и до слуха уже достигали звуки ударов гигантского молота. Ещё несколько усилий – и Жаворонок опустился на вершину скалы. Положил на камень Зёрнышко и перевёл дух. Как и в прошлый раз, Великан трудился, не разгибая спины – дробил молотом камень. Жаворонок выбрал момент между двумя ударами и крикнул:
– Эй, Великан! Остановись на минутку! Я принёс тебе Солнечное Зёрнышко, которое излечивает все недуги и даёт бессмертие. Если съешь его – ты прозреешь, а прозрев – вернёшь себе свободу! Протяни руку – я положу его тебе на ладонь!
Великан услышал. Он понял. Протянул руку. Жаворонок полетел к нему и… запутался в сетях, уронив при этом Зёрнышко. Он попытался порвать невидимую паутину, но она была хоть и тонкой, но очень прочной: чем больше Жаворонок бился в ней, тем сильнее запутывался.
– Я попал в сеть, – крикнул он Великану. – А Зёрнышко – на земле у твоих ног. Нащупай его – оно горячее, ты не ошибёшься! Найди его, съешь скорее! Ты прозреешь и освободишь себя и меня!
Великан постоял немного, послушал, потом тяжело вздохнул, поднял свой молот и принялся опять дробить камень.
– Подними зёрнышко! – крикнул Жаворонок. – в нём – твоё спасение! И моё тоже! В нём наша свобода! Я летел за ним к самому Солнцу, я жизнью ради этого рисковал! Подними его! Съешь! Освободи себя! Освободи меня! Освободи землю от пустынь, болот и пожарищ! Преврати её в цветущий сад! Только брось свой молот, наклонись и подними Зёрнышко!
Нет, Великан не наклонился за зёрнышком, он продолжал свою бесконечную работу
Жаворонок всё звал, всё просил, но Великан как будто не слышал: он продолжал тупо долбить молотом камень.
Солнце спряталось за скалу, наступили сумерки, потому вечер. Небо стало тёмно-синим, на нём зажглись звёзды. А на земле, на дне ущелья, ослепительной звёздочой сияло Солнечное Зёрнышко. Когда же небо из бархатно-синего стало совсем чёрным, из своей пещеры вылезли подземные карлики. Сияющее зёрнышко сначала испугало их, но потом они решились – закрывая глаза ладонями от его света, подошли к Зёрнышку и засыпали его землёй, завалили камнями. А обессилевшего от бесплодной борьбы с паутиной Жаворонка они вынули из сетей и отнесли к свою подземную пещеру.
Пещера была огромной и мрачной. Её потолок и края терялись во мгле. Тусклые факелы освещали сваленную на полу огромную кучу блестящих камней и золотых самородков.
Жаворонка посадили в клетку.
- Ну вот, – засмеялись карлики, – здесь ты теперь будешь жить. Никогда больше не видать тебе голубого неба. Мы будем перебирать наши сокровища, а ты будешь нас развлекать. Спой же нам свою песню о Солнце, которое светит для всех!
- Нет, – возразил маленький Жаворонок. – Свой гимн Солнцу я сложил не для вашей забавы. В этом подземелье он никогда не будет звучать.
- Берегись! – сказали карлики. – Мы не потерпим непокорства. Ты не получишь ни крошки пищи, ни капли воды, пока не согласишься петь для нас. Ты скоро умрёшь от голода и жажды…
- Я раньше умру от горя, – ответил Жаворонок. – И ни слова больше вам ни скажу.
И, действительно, спустя несколько часов он умер – от горя и досады, оттого, что, свершив немыслимый подвиг – получив у самого Солнца животворное Зёрнышко – он не смог довести до конца дело, и несчастный Великан остался слепым рабом.
Увидев, что маленькая птичка бездыханным комочком перьев лежит на полу клетки, карлики вынесли пленника из пещеры и закопали его рядом с Солнечным Зернышком, завалили могилку грудой камней…
Но сказка на этом не кончилась.
Отважный Жаворонок не вернулся в Зелёный Лес, и старый Ворон напрасно ждал его несколько дней, а потом решил лететь к горному ущелью – в надежде, что его юный друг, может быть, находится там. Но, прежде чем отправиться в путь, он решил посоветоваться в другой мудрой птицей – Совой.
- Он погиб, скорее всего, – сказала Сова. – Не долетел до Солнца – мы все были уверены, что такая высота ему не по силам. Замёрз или задохнулся, упал, разбился.
- Возможно. А если не так? Если долетел и получил зёрнышко, но попался в лапы к подземным карликам?
- Маловероятно, – сказала Сова.
- Да, маловероятно, но совсем исключать это нельзя. Надо бы выяснить поточнее. И это можешь сделать только ты, матушка Сова.
- Я? Каким образом?
- В глубоких пещерах живут летучие мыши, они знают всё, что происходит под землёй. Я в темноте плохо вижу, а ты, наоборот, ночная птица – ты могла бы узнать…
- Хорошо, – подумав, сказала Сова. – Я попытаюсь.
Той же ночью Сова залетела в одну из лесных пещер, поймала Летучую Мышь и узнала от неё всю правду о том, как погиб маленький Жаворонок.
- Вот, мы не верили, а он долетел, – сказала она Ворону. – Малыш оказался в самом деле герой.
- А что стало с Зёрнышком? – спросил её Ворон.
- Не знаю – об этом Летучая Мышь не смогла сказать ничего.
- Значит, я должен это узнать, – сказал Ворон.
И полетел к Великанову ущелью.
Прилетел, сел на край утёса. Было ранее утро. Громовых ударов молота не было слышно, зато скалы сотрясал могучий храп. Слепой Великан ещё спал – несколько часов отдыха карлики позволяли своему рабу, понимая, что иначе он умрёт и не сможет добывать для них золото и драгоценные камни. Ворон грустно посмотрел на огромное, тяжко, хрипло дышащее тело, потом внимательно огляделся кругом, увидел небольшую кучку земли и камней на дне ущелья. Возможно, не обратил бы на неё внимания, но между камнями что-то блеснуло: из-под них пробивался росток. Ущелье было совершенно бесплодным – ни кустика, ни травинки – а тут вдруг росток, и не зелёный, а золотой!
Да, случилось то, что должно было случиться: ведь Солнце подарило Жаворонку не камешек, не песчинку, а именно зёрнышко. И вот – оно проросло! К свету пробился тоненький стебелёк. Он рос удивительно быстро, вытягивался на глазах, становился не только длиннее, но и толще, прочнее. Вот уже стал высотой со стебель пшеницы, вот на его верхушке стал формироваться колос. Наливаться солнечным светом. В нём было уже не одно, а целых пять зёрен. И от них исходил не только свет, но и аромат…
Слепой великан проснулся. Принюхался. Никогда он, как ему казалось, не вдыхал ничего приятнее… Он протянул руку в ту сторону, откуда исходил манящий запах, нащупал стебель, сорвал его, так же ощупью нашёл сам колос, отломил одно зерно, положил в рот (о, каким оно было сладким!), медленно разжевал, проглотил… И окружавшая его вечно, как ему казалось, завеса тьмы внезапно растаяла. Он увидел солнечный день, голубое небо, скалы, большую чёрную птицу на каменном уступе.
- Здравствуй, – сказала птица. – Ты узнаёшь меня?
- Ты – Ворон, – вспомнил Великан и сам удивился своему знанию.
– А себя ты помнишь? – спросил Ворон. – Помнишь, как карлики опоили тебя Напитком Радости, и что было потом?
- Я помню… – Великан задумался. – Я помню, как собирал урожай в своём саду – яблоки, груши, виноград. Тогда и увидел карликов. Они спросили, почему у меня такой печальный вид. Я ответил, что грущу, потому что одинок: люди боятся меня – я ведь слишком большой. Но я надеюсь, что принесу им в дар свои чудесные плоды – я ведь и вырастил их для людей – и тогда, быть может, они станут моими друзьями. Тогда карлики сказали, что они меня уже полюбили, что будут со мной дружить, а если я дам им корзину винограда, они приготовят для меня Напиток Радости, и я всегда буду счастлив. Я дал им виноград. На другой день они принесли мне большую бутыль с чудесным напитком. Я выпил его, и мне стало так хорошо, так весело, словно все живые существа на земле полюбили меня, стали моими друзьями. Это было вчера. А потом я заснул…
- Это было не вчера, а много-много лет назад. Этот ужасный напиток ослепил тебя и отнял у тебя память. Много лет ты был рабом этих подземных карликов и дробил для них камень, добывая золото и драгоценные камни.
- Как – много лет? Этого не может быть!
- А ты посмотри на себя. Здесь, в яме, собралась дождевая вода, она отражает окружающие предметы, как зеркало. Наклонись и посмотри, на кого ты похож…
Великан посмотрел – и в ужасе отшатнулся от своего отражения:
- Кто это? Это – не я! Это какой–то страшный старик!
- Это ты. Это то, во что тебя превратили годы рабского беспросветного труда.
- Не может быть! Я не верю!
- А цепи на твоих руках и ногах? Их ты не видишь?
- Вижу… – прошептал Великан. – Значит, это правда? Что же мне делать?
- У тебя в руках колосок. Съешь второе зёрнышко.
Великан съел второе зёрнышко. На мгновение глаза опять заволокло туманом, а когда он рассеялся, Великан, наклонившись над водой, увидел себя таким, каким он был прежде – молодым и красивым. Все шрамы на его теле исчезли, исчезли даже потёки грязи. Без труда порвал он цепи на своих руках и ногах, освобождённо вздохнул всей грудью.
- Ты должен знать, кому обязан своей свободой и вернувшейся молодостью, – сказал Ворон. – Это маленький Жаворонок совершил великий подвиг – добыл для тебя Солнечное Зёрнышко, которое возвращает зрение и память, исцеляет все недуги и даёт бессмертие.
- Но где он? Я хочу поблагодарить его!
- Увы, это невозможно: он погиб. Подземные карлики утащили его в свою пещеру, посадили в клетку, а жаворонки не живут в неволе. Он рисковал жизнью – ради тебя, но не только ради тебя. Он знал, как ты силён и добр. И надеялся, что ты, прозрев и обретя свободу, превратишь все пустыни Земли, все болота и пепелища в цветущий сад. Это была бы лучшая благодарность маленькому герою.
- Я это сделаю. Но сперва рассчитаюсь с его – и моими – мучителями. Где они?
- Здесь, под землёй. Съешь третье зёрнышко: оно даст тебе особое знание, ты сможешь видеть сквозь камень и землю, сможешь заглядывать в будущее.
Великан съел третье зёрнышко.
- Да, – воскликнул он, – да, я их вижу! Вот они, прямо у меня под ногами – перебирают свои сокровища.
- Видишь эту чёрную дыру? Это вход в их пещеру. Завали её большим камнем, чтобы они не смогли выбраться оттуда.
- Этого мало, – сказал Великан, подумав. – Я вижу – у пещеры не один выход. Они могут выбраться с другой стороны. И ещё я вижу будущее: они хотят использовать своё золото, чтобы развязать самую страшную, самую кровопролитную войну в истории человечества. О, если бы я мог обрушить свод пещеры, чтобы навеки похоронить их под обломками! Но даже моих сил для этого не хватит.
- Съешь четвёртое зёрнышко, – подсказал Ворон.
Великан последовал его совету. И… вырос ещё больше. Теперь он уже сам был ростом с утёс, на котором сидел Ворон, и при этом стал на вид ещё моложе и прекраснее. Молот, которым он прежде дробил камни, теперь умещался у него на ладони. Он отбросил его, как детскую игрушку, оторвал от горы огромный кусок, поднял его над головой и с размаху ударил о землю. Свод пещеры рухнул, образовался огромный провал. От сотрясения с гор посыпались камни, сошла лавина, и огромная тяжесть рухнувших камней раздавила обитателей пещеры и собранные ими сокровища.
- Сделано, – сказал Великан и гордо выпрямился. – Теперь пойду работать: осушать болота, обводнять пустыни, возделывать гари – места бывших пожарищ. И разводить сады. Пусть они станут памятником маленькому Жаворонку, не пожалевшему своей жизни ради счастья других.
- У тебя осталось ещё одно Солнечное Зёрнышко, – напомнил Ворон.
- Я сохраню его. Придёт время – люди станут добры, отважны и благородны, забудут о войнах, о жадности и вражде, тогда они станут достойны бессмертия. И я посажу это Зёрнышко в землю. Оно даст новый колос, а потом будет много колосьев, и Солнечных Зёрнышек хватит на всех!