Музей капитализма
Учили нас, что после жизни — смерть.
Со школьных самых ранних лет учили.
Иссякнет нашей жизни круговерть,
Пройдут года… Мы были иль не были?
В истории останутся людской
Поступки самых умных, чистых, честных.
Ты должен вклад внести посильный, свой.
А дальше? Раствориться в мраке бездны?
Увы! И без малейшего нытья.
Цветут долины, голубеют реки,
И доля каждого — его, моя, твоя,
Пусть не видна — останется навеки.
Пройдут года, раздел стирая вековой,
Гася пожары войн, смывая грязь нацизма,
И всё, что создано умом, рукой людской —
Его, моё, твоё — у всех одна Отчизна —
Земля. Моя. Твоя. Всё общее на ней.
Нам, людям, не страшны природы катаклизмы.
И, разогнав мираж прошедшего теней,
Построим мы музей. Музей капитализма.
***
Эх, вереница давних брежневских годов!
Учились мы, росли, забот и бед не зная.
Но на призыв: «К борьбе ты будь всегда готов!» —
Хоть отвечали «Да!», но в сущность не вникая.
Какая тут борьба? Враг в сорок пятом сдох.
Надёжно похоронен. Больше не воскреснет.
Вокруг дворцы, каналы, аромат садов,
А нас линейка ждёт. Торжественная, с песней.
Так шёл за годом год. И кто бы мог сказать,
Что скоро явь в кошмар преобразится дикий?
Что круто повернёт дорога жизни вспять,
Разрушив наш Союз — могучий и великий?
Прошло с тех пор с лишком уж три десятка лет,
Описывать не стану — попривыкли вроде,
Но не видать сквозь мрак и маленький просвет.
Приходят господа, товарищи уходят.
Да, тридцать лет прошло. Да, разные миры.
«Россию мы нашли, и путь давно известен» —
С экранов говорят. А снятся мне костры,
Задорные мотивы пионерских песен.
***
Очнись же, наконец! Старик, калека, бомж —
О ком через губу все цедят: «Не вписались…».
Нам нечего терять. Не сами мы — то кто ж
Вернёт страну, где мы с тобою состоялись?
Не забудь!
В вихре дел, в суматохе явлений
Ненавязчивые голоса
Шепчут: «Жив — и живи, как растение,
Всё уже решено в небесах».
Деньги есть — обзавёлся дворцами
И гарем, словно хан, содержи.
Мозги есть — заработай мозгами.
Только с совестью, друг, не дружи.
Ты не парься кошмаром вселенским,
То, что плохо лежит — прибирай.
То, что был ты когда-то Советским —
Забывай! Забывай! Забывай!
Забывай пионерские зори,
Терпкий дым у ночного костра,
Забывай ты об этом позоре —
Это глупое наше вчера.
Тридцать лет, как тебе дали волю,
И теперь ты — судьбы господин.
И великих возможностей море…
…Посреди величайших руин.
Нет работы — на чудо надейся,
Хочешь — в пьяном угаре сгорай.
В интернете стихами излейся,
А потом всё равно забывай.
Забывай, ибо всё не вернётся,
Даже если и был это рай —
Кто-то в ящике там ухмыльнётся:
«Забывай! Забывай! Забывай!».
Только я всё равно вспоминаю
Беспечального детства игру.
Так скажу: «Это не было раем.
Дрянь бывала», — скажу, не совру.
Я — осколок того поколенья,
Я — двадцатого века пацан.
Лишь вперёд все мои устремленья
Через боль от полученных ран.
Пусть нам нынче подрезали крылья,
Пусть нелёгок тернистый наш путь,
Чтобы сказка опять стала былью —
Не забудь! Не забудь! Не забудь!